06 Декабря 2016, 14:16

Артем Галустян: «Мультимедийные истории – это евроремонт в журналистике».

Артем Галустян: «Мультимедийные истории – это евроремонт в журналистике».

Продюсер мультимедийных проектов Артем Галустян о работе в «Коммерсантъ», проблемах международной журналистики и HackPack.press

О работе в «Коммерсанте»

На самом деле мне невероятно повезло, что я попал работать в «Коммерсантъ». Это одно из лучших СМИ в России, которое выпустило огромное количество профессионалов, с которыми мне было работать большим удовольствием. Эта работа всегда будет моей главной профессиональной школой и главным опытом. Когда я приходил в «Коммерсантъ», то понимал, что было бы здорово в какой-то момент сделать здесь узнаваемый продукт, делать «Коммерсантъ», который будут узнавать с новой стороны. В этом издании очень гибкая структура, в тебя могут поверить, могут дать «флаг в руки» и возможность заниматься тем, чем хочешь в рамках профессиональных целей.

В тот момент, когда я захотел уйти из «Коммерсанта» все было на самом деле замечательно: я сделал проекты, которыми был очень доволен. Но я понимал, что уже не вижу того интереса в работе в рамках «Коммерсанта». Я написал заявление об увольнении, потому что понимал, что начинаю киснуть. Причина моего ухода в том, что я хотел чего-то нового, выхода из своей «коробки».

В моем понимании есть 2 типа карьеристов – «лошади» и «трамваи». «Трамваи» медленно и верно добираются до депо, «лошади» скачут и метаются в разные стороны, развиваются с долгими остановками или погонями. Я не из тех сотрудников, которые хотят сидеть на одном месте и дослужиться до солидной должности. Я ни в коем случае не говорю, что это плохо. Мне знакомы такие люди, и я исключительно их уважаю. Они ровно, долго и упорно идут по конкретному формату работы. Но для меня важны не должности в резюме, а интересные проекты и истории, над которыми я хочу работать. Причем неважно, где и когда, это не имеет значение. Я могу взяться за проекты, даже если это плохо будет оплачиваться. Главное – делать то, что тебе нравится и что даст тебе развитие.

Мультимедийный сторителлинг: специфика

Мультимедийные истории – это не тренд. Мультимедийный сторителлинг - это премиальный медиапродукт, который будет выходить редко, и который будут делать те, у кого есть деньги и возможности. Этим будут заниматься большие СМИ, и вообще все те, кто максимально заинтересован в репрезентации контента - телекомпании, кинокомпании, музеи, арт-проекты. В создании проектов такого формата заинтересована не только журналистика, но и реклама, пиар.

Это продукт, который делают долго и дорого. Но это то, что может выгодно отличать СМИ от конкурентов. Все уже умеют делать новостную журналистику – это теперь как базовые коммунальные услуги. А мультимедийные истории – это «евроремонт» в журналистике. И они позволяют делать много качественного и по-настоящему профессионального контента на разных площадках.

Что нужно делать, чтобы быть успешным СМИ? Прежде всего, новостной поток и большие крутые истории. Сам формат мультимедийных историй дает возможность не только классно упаковывать контент, но и добавлять смысла в содержательные истории, переосмысливать традиционные техники, дать смысл и пространство, в котором может оказаться читатель. Но трендом это не стало. Возможно, это хорошо, ведь формат быстро бы девальвировался.
Следом за мультимедийными историями идут проекты virtual reality и многие другие. Поэтому мультимедийный сторителлинг – промежуточный формат, однако даже его не еще не все успели освоить.

12510495_10153842020364568_4144997248103603190_n.jpg

Как создать читаемый лонгрид?

Очень важен период подготовки и планирования. Нужно высчитывать соотношение формата и содержания, ведь они должны быть достойны друг друга. Нужно понимать, что лонгрид – текстоцентричный вид мультимедийной истории. Мультимедийный сторителлинг – это конструктор, и он собирается по определенной архитектуре: мы выстраиваем историю, где нет центрального стержня и типа контента, есть просто жесткий нарратив, а каждая мысль раскрывается тем видом медиа, который более релевантен именно этому фрагменту истории. То есть, то, что можно сказать текстом – говорите текстом, то, что можно показать – покажите через видео. Каждая мысль раскрывается через конкретный тип медиа.

Важное значение имеет продюсирование: это масштабная коллективная работа, которая не должна выполняться одним человеком. Необходима работа с хорошими дизайнерами, которые будут понимать эстетическое пространство вашей темы и материала. Мультимедийный лонгрид – формат, который затрагивает всю сенсорику читателя. И эффект погружения здесь обеспечивается не только за счет текста, но и через разные инструментарии.
Когда вы готовите мультимедийную историю, очень важно исходить не только из категории слов, но и картинок. Вы должны видеть и представлять вашу историю образами. Делайте раскадровки.

Наиболее популярны темы, где соблюдены 3 фактора: 1. Проблема, сюжет, героя; 2. потенциал визуализации; 3. эксклюзивность контента. Многое зависит от темы. Некоторые мои коллеги, когда выбирают тему и видят, что ее содержание бедно думают так: «Ну, я сейчас в формате лонгрида сделаю, и он поможет вытянуть содержание». Но это не так.

О работе в международной журналистике

По своей первой специальности я журналист-международник. В аспирантуру я пошел осваивать менеджмент новых медиа. На тот момент, когда я работал в «Коммерсанте» 2 года, я взял двухнедельный отпуск в конце ноября 2013 года. Я писал диссертацию и краем глаза следил за тем, что происходит на Украине. У меня на тот момент был комплекс, что я не реализовался по первой специальности: не ездил в командировки, не был международником. И я подумал «Черт возьми! Мое время, мои деньги, моя инициатива». Я позвонил своему руководителю из аэропорта в 5 утра и сказал, что вылетаю в Киев. Я знал немного об украинской политике. Когда я вылетал на Украину, я еще не предполагал, что могу вынести из этой поездки и что дать редакции, но знал, что рискую исключительно своим временем, деньгами. Ведь это был мой отпуск, и я мог им распоряжаться, как захочу.

На Украине у меня были хорошие помощники, да и сами обстоятельства заставили меня мобилизоваться. Потихоньку я стал давать первые репортажи с Майдана. Я проработал там 2 недели, выходил в эфир радио «Коммерсантъ FM», много писал в онлайн-трансляции, сделал несколько больших публикаций на сайт и в газету. Через 2 недели под Новый год я снова поехал по собственному желанию на Украину. Потом руководители сами стали отправлять меня в командировки. Мне было интересно работать в новой для себя и сложной теме, редакторы помогали мне подсказками.

Далее в марте 2014 года началась ситуация с Крымом, президентские выборы, парламентские выборы и т.д. В течение полутора лет я освещал события на Украине. Когда события происходят в такой концентрации, так быстро, с таким количеством главных героев, когда ты постоянно едешь туда каждые 2-3 недели, у тебя образуется целое поле тем, появляется собственный анализ происходящего, возникает множество связей от министров до простых людей, которые пришли на майдан с транспарантами. Ты начинаешь чувствовать себя уверенно и не хочешь отпускать эту тему.

На мой день рождения редактор сообщил мне, что отныне я еще специализируюсь по «горячим темам». И хорошо, что я не могу сидеть на одном месте: если где-то что-то происходит, то я должен там оказаться.

Далее начались события в Ереване. Я армянин, единственный из редакции знаю язык, у меня есть понимание, что это за страна и что там происходит. И меня отправили в Ереван. Оттуда я вещал по радио и писал. Потом случилось падение самолета в Египте и туристический кризис. Я ездил в Египет в Шарм-эль-шейх, Каир и Хургаду, делал материалы разного типа, тестировал аэропорты на безопасность, делал материалы о том, как египтяне справляются с финансовыми сложностями, жил с семьей копта и видел, как они переживают, теряют работу.

Потом случился Карабах. Для меня это очень болезненная тема, и я понимал, что мне нужно максимально профессионально собраться, и я поехал туда делать репортаж для Forbes.

Но все же я больше вовлечен в мультимедиа, мультимедийный сторителлинг, однако и сейчас для меня международная тема очень важна, я слежу за международной повесткой дня.

О проблемах современной международной журналистики

Самая главная проблема журналистики во всем мире на сегодня – это пропаганда. Пропаганда – главный враг качественной журналистики. С поствоенной истории она, наверное, впервые приняла такие масштабы. Подбного не было ни во время афганской войны, вьетнамской войны, ни в 90-е.
Медийное пространство расширилось, стало всеобъемлющим. Мы постоянно находимся в новостном потоке. В какой-то момент международная журналистика стала тихонько гибнуть. Зачем отправлять журналистов на горячие точки, если информацию передали по почте, картинку твитнули, Assosiated Press и Reuters написали короткие материалы – из всего этого можно собрать статью. Репортаж с места событий стал гибнуть. Но потом, когда начались события на Украине, СМИ стали понимать, что необходим человек, который будет вещать с места событий. Стали нужны люди, которые понимают и разбираются в темах Украины и Сирии. Стало тяжело разбираться в огромном новостном потоке: где правда, а где ложь, где черное, а где белое? Мне кажется, что сейчас наступил золотой период международной журналистики, возрождение некоторых форматов и жанров. И здесь возникает проблема подготовки журналистов не просто теоретической, нехватка специалистов по определенным темам.

14479612_683457015143493_107431689338051322_n.jpg

О работе в HackPack.press

С Джастином Варилеком (основатель HackPack.press) меня познакомила подруга. На тот момент у него было неширокое понимание российского рынка: как работают российские СМИ, какие из них котируются, какие схемы у каждого издания, кто заинтересован в том, чтобы иметь своих людей в разных точках мира. Моя способность связывать людей, живущих по всему миру, со СМИ его привлекла. Я понял суть его проекта, и стал таким человеком, который продвигал его в России, и грамотно рассказывал о его сути, привлекал участников. Далее мы работали над презентацией проекта, вместе с Джастином я организовывал компанию в СМИ, мы приглашали журналистов, рассчитывали риски. Мы работали с ним проектно, придумали несколько проектов, над которыми нужно было работать чтобы привлечь аудиторию, разработали стратегию как проект должен работать в России, как продвигаться в регионы, сотрудничать с большими СМИ, как привлекать уже известных журналистов, и тех, кто только начинает.

Если в мире что-то происходило, то мы сами заходили в HackPack, делали подборку людей, которые находятся на месте событий, начинали постить об этом в социальные сети и отправляли подборку в СМИ. Это начало работать. Также я предложил составлять подборку вакансий на рынке и грантов – теперь одно из самых популярных направлений HackPack, куда я сам заглядываю каждую неделю.

Джастин молодец в том плане, что он понимает: если ты не действуешь офлайн, то не добьешься успехов и в онлайне. Очень важно, что кроме того, что ты предоставил платформу, где могут встретиться ньюсмейкеры и agenda-мейкеры, нужно еще и быть посредниками между ними. Джастин работает офлайн - выкладывается. Для него главная цель HackPack не в зарабатывании денег, он видит в этом проекте свою миссию и это позволяет ему работать над ним. Он знает, что должна быть платформа, которая позволяла бы развиваться независимым журналистам, развивать культуру источника информации, связи СМИ с источником информации. Он позволяет многим фрилансерам находить себе интересные темы, и СМИ которым они будут интересны.

Проект тоже появился не просто так. Джастин видел, как страдали его коллеги на Украине – не знали языка, не были подготовлены, не знали повестки дня и не понимали, что происходит. Так в фейсбуке появилось такое сообщество, где иностранные журналисты, освещающие украинский кризис, делились контактами. Это сообщество переросло в HackPack. Я рад, что Джастин не устает развивать этот проект и особенно рад, что имею отношение к этому проекту.

О Казани

В Казани я уже был в 2012 году, и это была совершенно сумасшедшая история: я оказался попутчиком у четырех австралийцев, которые путешествовали из Лондона до Бангкока на своем в микроавтобусе. В Москве я заскочил к ним в автобус, и мы проехали множество городов в России, в том числе и Казань.

У меня слабость ко всему, что связано с исламом. Исламская культура привлекает меня. За время фестиваля «Вместе медиа» я уже побывал в казанских мечетях. Казань – симпатичный город, с классной инфраструктурой.

Автор: Карина Афанасьева

Поделиться!